Рукопись Войнича — средневековый труд, написанный в XV веке неизвестными авторами. Разгадать ее загадку исследователи пытаются уже несколько сотен лет: язык манускрипта никому не известен. Некоторые даже предполагают, что она создана пришельцами. Недавно испанское издательство Siloe решило выпустить точные физические копии книги, чтобы помочь ученым и энтузиастам, которые не могут получить доступ к оригиналу. 

В 1912 году антиквар Вильфрид Войнич обнаружил в древнем южно-европейском замке Вилла Мондрагоне странный манускрипт: текст был написан на непонятном языке с помощью неизвестной ему письменности.

Изящные буквы на страницах манускрипта извивались, сцепляясь и расходясь друг с другом. Некоторые из них позже назвали «виселицами» за визуальное сходство с эшафотом. Книгу украшали многочисленные иллюстрации с изображениями растений, людей, природных явлений и движения небесных тел.

Сейчас считается, что над этим манускриптом работали от двух до восьми писцов в течение нескольких лет, но Войнич пришел к другому заключению. Он обнаружил в книге письмо чешского ученого Йоханнеса Маркуса Марци, на основе которого заключил, что она является работой знаменитого философа и естествоиспытателя Роджера Бэкона, жившего в XIII веке. Войнич решил, что за такой предмет старины дадут много денег, но с датой несколько ошибся. Согласно данным проведенного впоследствии радиоуглеродного анализа, манускрипт был изготовлен в период между 1404 и 1438 годами, а значит, Бэкон не мог иметь к нему никакого отношения. Впрочем, история этой рукописи намного интереснее, чем полагал Войнич.

Чья книга?

Не только сам манускрипт, но и личность его владельца до сих пор частично скрыта завесой тайны. Около 10 лет назад исследователь Рене Зандберген обнаружил в архивах письмо, датируемое XVII веком, которое отправил пражский алхимик Георг Бареш. Оказалось, что он более 20 лет безуспешно пытался расшифровать язык этого труда.

Отчаявшись, Бареш выслал несколько страниц манускрипта иезуитскому эрудиту Афанасию Кирхеру, жившему в Риме. Старая книга заинтересовала Кирхера, и он попытался убедить алхимика прислать ему весь труд, но тот отказался...

После смерти Бареша, манускрипт достался его другу, тому самому Марци, письмо которого обнаружил Войнич. Марци был известным ученым своего времени и служил врачом при дворе императора Священной Римской империи. В письме он рассказывал об одержимости своего друга расшифровкой манускрипта, которой тот посвятил всю свою жизнь.

О том, добился ли Бареш на этом поприще каких-то успехов, — неизвестно, но после его смерти книга три века пролежала в хранилищах иезуитов. Во времена гонений церкви на орден манускрипт перекочевал в личную библиотеку его главы Петера Бекса — иначе его могли бы конфисковать. В XIX и XX веках Вилла Мондрагоне была штаб-квартирой иезуитов, потому неудивительно, что Войнич нашел манускрипт именно там.

Шифровка в никуда

Но изначально об этом Войнич не знал. Будучи уверенным в том, что манускрипт принадлежит перу Роджера Бэкона, он отдал этот труд криптографу, профессору философии Университета Пенсильвании Уильяму Ньюболду. Его судьба схожа с судьбой Бареша: он посвятил поиску разгадки языка книги последние годы своей жизни. Метод Ньюболда заключался в том, что он изучал текст под лупой, а потом пытался воспроизвести на бумаге отдельные росчерки пера, за которыми, как ему казалось, скрывались анаграммы. Разумеется, у него так ничего и не получилось.

Теории Ньюболда разбил в пух и прах Уильям Фридман, первый криптолог Агентства национальной безопасности США. В последние дни Второй мировой войны он и его жена Элизабет Фридман собрали коллектив экспертов и посвятили огромное количество времени попыткам расшифровать рукопись Войнича. В результате они заключили, что книга не содержит анаграмм, а ее язык является искусственным — то есть его придумали специально для манускрипта.

Впоследствии возникло много теорий о том, что манускрипт — фальшивка, которую написали на древних листах пергамента. Конечно, такую возможность нельзя исключать, но было бы очень странно, если бы предполагаемый мистификатор где-то нашел 120 листов пергамента XV века, да еще и сделал это в те времена, когда о радиоуглеродном анализе еще никто не слышал. Не выдерживает критики и предположение о том, что текст труда бессмысленный: он имеет четкую структуру. Скажем, в разделе, посвященном растениям, употребляются одни специфические слова, а в астрономическом — другие, и они не повторяются.

Было много теорий относительно того, что представляет собой язык манускрипта. Джозеф Мартин Фили утверждал, что текст написан на латинском и зашифрован простейшей перестановкой букв. Исследователь Джон Стожко писал в своей книге, что рукопись написана на украинском языке, лишенном гласных, а доктор Лео Левитов полагал, что это один из креольских языков. Впрочем, ни один из специалистов так и не подошел достаточно близко к пониманию текста манускрипта.

Таинственное послание

В 2013 году физик-теоретик Марчело Монтемурро из Манчестерского университета опубликовал работу, которая подтверждала теорию о том, что текст рукописи Войнича — не бесполезный набор символов, в нем действительно кроется некое послание на забытом языке. Для этого он применил одну из методик, предназначенных для изучения кодирования информации в процессе работы нейронов, — этот метод позволял выявить в сигнале важные данные даже при том, что было неизвестно, как их интерпретировать.

 Монтемурро говорил, что чем больше он изучал статистические особенности текста, тем больше уровней структуры неизвестного языка в нем находил. Исследователь также отверг гипотезу о том, что информация в манускрипте зашифрована — ведь сильные шифры имеют важное свойство: они уничтожают статистические особенности языка, чтобы исключить возможность узнать его.

Монтемурро обращал внимание на то, что рукопись Войнича подчиняется закону Ципфа, который описывает статистику частоты встречаемости слов в естественных языках. Если расположить слова по мере убывания частоты употребления, то частота повторения каждого слова окажется обратно пропорциональна его порядковому номеру в списке. В принципе, разработать алгоритм шифрования, позволяющий соблюдать это правило, можно, но он будет чрезвычайно сложным, и непонятно, кто, как и зачем стал бы это делать в XV веке, когда о законе никто не знал.

Кроме того, Монтемурро указывал на то, что в результате анализа текста им была выявлена закономерность: повторение определенных специфических слов совпадает с разделами книги. То есть если на иллюстрациях, расположенных на конкретных страницах, изображены растения, то им будет сопутствовать связанная с ними лексика.

Интеллектуалы погибшей культуры

Стивен Бакс, профессор прикладной лингвистики в Бедфордском университете,представил в 2014 году свои веские доказательства того, что рукопись Войнича не может быть фальшивкой. Он утверждал, что, по результатам его исследования, текст этого труда полностью совпадает с иллюстрациями. Например, в ботаническом разделе повествуется именно о нарисованных в ней растениях, а также, возможно, поясняются их лечебные свойства. Бакс утверждал, что все они были описаны в более ранних работах. «Короче говоря, манускрипт, скорее всего, — вовсе не зашифрованное послание, в котором скрыта информация иного толка», — заключал он.

На основе иллюстраций исследователь смог идентифицировать некоторые слова, встречающиеся в этой работе, вычленяя часто повторяемые последовательности букв. Так, он нашел созвездие Тельца, можжевельник, кориандр, морозник, василек и чернушку посевную. Конечно, эти открытия не сильно приблизили Бакса к расшифровке языка манускрипта, так как он смог понять лишь значение некоторых слов на современном английском.

Помимо этого, профессор выдвинул интересную теорию о том, откуда взялся загадочный язык. Он считает, что на нем говорила некая небольшая общность, не выработавшая собственное письмо. Группа интеллектуалов, принадлежащих к этой культуре, создала для нее алфавит, состоящий из элементов европейской, ближневосточной и кавказской письменности, чтобы сохранить знание своего народа о природе для потомков. Бакс указывает, что XV век был смутным временем, и, вполне возможно, культура, использовавшая этот язык, исчезла примерно тогда же, когда эти люди пытались разработать ее письменность.

Очень большие данные

В 2014 году профессор бразильского Университета Сан-Паулу Диего Амансио при помощи «больших данных» (совокупности технологий и подходов автоматического анализа чрезвычайно крупных объемов информации) такжеполучил подтверждение тому, что манускрипт Войнича не является подделкой. Исследования ученого показали, что структура неизвестного языка совпадает со структурами современных.Амансио не пытался перевести текст — он просто собрал слова в группы и проанализировал связи между ними, смоделировав комплексную сеть. В результате он выяснил, что в 90 процентах случаев структура текста манускрипта повторяет встречающуюся в Библии и других известных книгах.

Кроме того, профессор обнаружил термины, которые чаще всего повторяются в документе, и связал буквы неизвестного языка с латинскими (например, он получил такие слова, как cthy, gokeedy и shedy). Установить их значение ему не удалось, но он и не особенно пытался это сделать, считая, что его работа послужит фундаментом для исследований криптографов.

В оценке содержимого манускрипта он солидарен со многими другими специалистами. По его мнению, документ представляет собой энциклопедию средневековых практик, в число которых входят медицинские рецепты, астрологическая и метафизическая информация, а также описание обрядов плодородия.

* * *

Результаты недавних исследований позволяют говорить с немалой долей уверенности о том, что манускрипт действительно написан на реально существовавшем языке, не является подделкой и послание, заключенное в нем, не зашифровано. Тем не менее рукопись Войнича остается загадкой до сих пор, поддаваясь анализу, но не выдавая смысл написанного.

Михаил Карпов