«Замерзших нужно везти не в морг, а в больницу» - Рево Алексеев

Якутский ученый нашел способ сохранения конечностей после сильного обморожения, который в дальнейшем, возможно, поможет реанимировать окоченевших, но еще живых людей, передает «Интерфакс» .

Якутские ученые произвели сенсацию в научном мире. В январе на международной конференции в Норвегии врачи из республики заявили, что могут спасать замерзших, не ампутируя им отмороженные конечности. Больше зарубежных исследователей удивило другое: ученые из Якутска всерьез говорят о возможности «оживления» замерзших людей, не подающих признаков жизни.

«При тяжелом обморожении 3–4-й степени или прижизненном оледенении частей тела в головном мозге человека образуется доминантный очаг, он вызывает стойкий спазм конечностей для уменьшения кровопотери, тепла и работы жизненно важных органов. Из-за этого происходила гибель тканей, что приводило к ампутации», — пояснил директор якутского Научного центра комплексных медицинских проблем СО РАМН доктор медицинских наук Михаил Томский.

Томский добавил, что метод лечения обморожений, не прибегая к ампутации, изобрел доктор медицинских наук, профессор Северо-Восточного федерального университета в Якутске Рево Алексеев.

Пока открытие применяется лишь в Якутии.

«По методу Алексеева, для спасения телесных тканей пациента необходимо поместить в длительный наркоз на 1–2 суток, за это время с мозга снимается доминантный очаг и начинается восстановление кровоснабжения, происходит внутреннее согревание организма», — объяснил Томский.

Он отметил, что благодаря методу Алексеева врачи ожогового отделения Центра экстренной медицинской помощи в Якутске в 70% случаев избежали ампутации конечностей пациента, в остальных 30% свели ее к минимуму.

В интервью NVpress доктор медицинских наук Рево Алексеев – врач ожогового отделения РЦЭМП, профессор кафедры общей хирургии и травматологии Мединститута СВФУ рассказал о том, что оживление замерзших – не фантастика, почему нужно при спасении пациентов «обманывать» мозг и чем полезны бахилы из оленьей кожи.

NV: Рево Захарович, что это за уникальный метод, наделавший столько шума?

Рево Алексеев: На самом деле метод лечения тяжелых холодовых травм был изобретен мной еще 20 лет назад. Сейчас он применяется в ожоговом отделении РЦЭМП. Но до сих пор не удается внедрить его в больницах других районов республики.

Изучением обморожений мы занимаемся с 1966 года. Примерно в то же время мы предположили, что еще при жизни бывает оледенение мягких тканей организма под воздействием холода. Проще говоря, ткани превращаются изнутри в лед. Но это еще нужно было доказать. Все говорили нам, что это невозможно – вся Европа была против. Но в итоге мы все-таки смогли доказать, что под действием холода идет постепенное сужение сосудов и капилляры превращаются в лед, становясь очень хрупкими. В 1999 году я защитил докторскую кандидатскую на эту тему.

NV: Такие случаи, когда человек буквально превращается в «ледышку», происходят только у нас в Якутии?

Р.А.: В других северных странах это случается значительно реже. У нас же в сорокаградусные морозы человек охлаждается до такого состояния очень быстро. Есть один очень важный нюанс при оказании первой помощи таким пострадавшим. Когда ткани превращаются в лед, категорически нельзя двигать больного и тем более сгибать и разгибать пальцы его рук. Они становятся буквально как сосульки. Одно неосторожное движение может привести к повреждению в них сосудов. Восстановить их после этого практически невозможно.

Второй нюанс: если мы отогреваем замерзшего наружными методами, а внутри его тела минусовая температура, то отогревшиеся ткани через час начнут погибать, что приведет к некрозу. Ведь сосуды в промерзших тканях находятся в состоянии оледенения и спазма.

NV: Раньше ведь всех больных лечили именно так – пытались согреть любыми способами.

Р.А.: Когда нам привозили больных, которые замерзли при -45, мы их сразу же клали в ванну с водой, нагретой до 40 градусов. Через полтора часа снаружи все оттаивало, но внутри тела все равно сохранялась минусовая температура.
Еще в 1957 году российский врач Голомидов предположил, что в первую очередь нужно измерять температуру внутри тела. Организм должен сам согреваться с притоком крови. При этом, чтобы организм оттаял изнутри, нужно, чтобы он не согревался снаружи.

NV: И как это сделать?

Р.А.: В первую очередь еще лежащего на улице человека нужно обернуть в теплоизоляционный материал. Ведь пока ткани в замороженном состоянии, они живые. Холод их «консервирует».

NV: Медики говорят, что именно вы изобрели вместо термоповязок чехлы из оленьей кожи для рук и ног.

Р.А.: Да, мы как-то раз подумали: почему бы не сделать из оленьей кожи бахилы? Мы их одеваем их пострадавшим на руки и ноги прямо на улице. Такие чехлы в качестве теплоизоялционного материала намного эффективнее ватных термоповязок.

«Наркоз помогает обмануть мозг»

NV: Ваш метод заключается в погружении больного в глубокий наркоз. Зачем это нужно?

Р.А.: Есть две причины, по которым мы погружаем больных в наркоз. Во-первых, когда организм начинает отогреваться изнутри, пострадавший мучается от очень сильной боли. В таком состоянии он может непроизвольно начать сгибать пальцы рук и ног и тем самым повредить их. Поэтому мы погружаем пациента в глубокий наркоз, чтобы он был обездвижен.

Во-вторых, погружение в наркоз помогает «обмануть» мозг. Дело в том, что под длительным воздействием холода в головном мозге человека образуется так называемый доминантный очаг. Он вызывает стойкий спазм конечностей для уменьшения потери тепла. Иными словами, мозг старается сохранить тепло для своего функционирования.
В состоянии наркоза пациент находится от суток до полутора дней, пока у него температура не повысится до комнатной и выше. Во время наркоза мы даем больному лекарства, которые расширяют сосуды и не дают свертываться крови.

NV: Метод доказал свою эффективность?

Р.А.: В 70 процентах случаев нам удается избежать ампутации. В 30 процентах происходит некроз тканей пальцев. В год в ожоговое отделение поступают 200 пострадавших, из них сразу с улицы к нам привозят лишь пять-семь человек. В остальных случаях человека сначала заносят домой, тормошат, растирают руки, повреждая сосуды, и только потом обращаются к врачам. Часто после таких манипуляций человеку в полной мере помочь уже нельзя. Поэтому отмечу, что если одно из условий оказания помощи пострадавшему не выполнено, то ничего не получится. А во многих больницах нет даже подходящих термометров.

NV: Необходимы какие-то специальные термометры?

Р.А.: Чтобы поставить диагноз «общее охлаждение», нужно измерять не наружную, а ректальную температуру. В наших больницах нет необходимых приборов для диагностики и контроля эффективности лечения холодовой травмы. На протяжении 40 лет я приобретал их на свои средства. Изобрел прибор – термопару, измеряющую поверхностную, глубокую, ректальную температуру и температуру в пищеводе. Такой термометр должен быть в каждой больнице и фельдшерском пункте.

NV: Возможно, ваш метод не используется в других больницах из-за его трудоемкости?

Р.А.: Безусловно, сам метод лечения очень сложный. Но он этого стоит. Сейчас нам говорят, что денег на подобные реанимационные мероприятия нет. Рассуждают: ну привезут вам сто человек, вы попытаетесь им помочь, израсходуете несколько миллионов, оживите одного или двух пациентов, но при таком раскладе овчинка выделки не стоит. А разве жизнь не бесценна? Сначала мы вернем к жизни пять человек, затем десять, потом пятьдесят. Наука ведь не стоит на месте, а идет вперед. А если ничего сейчас не предпринимать, то ничего не изменится.

Замерзший – не труп

NV: Как правильно оказать первую помощь замерзшему человеку? Какие ошибки чаще всего совершают люди, пытаясь помочь пострадавшему?

Р.А.: Люди по незнанию начинают разминать оледеневшие пальцы замерзшего или же погружают его в ванну с горячей водой. После таких манипуляций ткани в организме погибают. Как только вы нашли замерзшего, нужно завернуть отмороженные участки его тела в теплоизоляционный материал – например, мех или телогрейку. После этого можно привести его домой, чтобы он отогрелся, дать обезболивающие и самое главное – не двигать его и не растирать руки и ноги. Это процесс долгий и его длительность зависит от того, как долго он пролежал на морозе. Лучше всего – сразу привезти пострадавшего в больницу, особенно если он в тяжелом состоянии.

NV: Считается, что сразу оценить степень обморожения очень сложно.

Р.А.: Несомненно, это сложно. Тем не менее, многое зависит от того, как и насколько хорошо оказана первая помощь. Ведь холод не повреждает ткани. Уже давно доказано, что повреждений в замерзших тканях не бывает. Их некроз происходит под воздействием тепла.

NV: Не секрет, что не последнюю роль в случаях, когда люди замерзают до смерти, играет алкоголь. Практика это подтверждает?

Р.А.: Да, в 67 процентах случаев люди, поступающие к нам с обморожениями, были в состоянии алкогольного опьянения. Остальные пострадавшие – жертвы хулиганов, те, кто заблудился, плохо себя почувствовал и потерял сознание. Холод действует точно так же, как наркотик или обезболивающее. Когда в организме сильно снижается температура, человек не чувствует боли. Замедляется кровообращение, температура тела постепенно опускается все ниже и ниже, но человек этого не ощущает. При -40 градусах и ниже головной мозг начинает постепенно «впадать в спячку».

NV: Правда ли, что вы готовы «оживлять» замерзших людей, не подающих признаков жизни?

Р.А.: Могу сказать, что замерзшего можно вернуть к жизни, если его нашли в течение суток.

NV: Вы уже пробовали возвращать к жизни таких пациентов?

Р.А.: В наше отделение привозили больных, чья внутренняя температура была на нулевой отметке. Мы им оказывали помощь, и они приходили в сознание. За рубежом всех замерзших привозят в больницу. У западных врачей даже есть поговорка: «Замерзший – не труп, пока он не отогрет». У нас же замерзших отвозят сразу в морг. Были случаи, когда окоченевшего человека привозили в морг, а он там отогревался, просыпался и удивленно вопрошал: «Куда я попал?». По этой причине я предлагаю привозить всех замерзших сначала в больницу.

NV: Выходит, замерзший может не умереть, а просто впасть в состояние анабиоза?

Р.А.: Именно поэтому, чтобы понять, жив ли человек, нужно его сначала отвозить в больницу. А для этого в отделении нужно создать соответствующие условия – выделить кабинеты и приобрести специальное оборудование.

Недавно в Ростове провели уникальную операцию. Пациентке для удаления пораженного участка аорты охладили мозг до 114 градусов, затем отключили сердце. Операция длилась 38 минут. Понимаете, сердце можно остановить, заморозить, а потом снова запустить. Но такие манипуляции не пройдут с головным мозгом. Без кровообращения он может жить только семь минут. Но при этом чем больше его охлаждаешь, тем дольше он функционирует. Например, если охладить мозг на 12 градусов, он сможет прожить до 62 минут.

«Это нужно для человечества»

NV: Рево Захарович, что сейчас мешает вам приступить к «оживлению» замерзших?

Р.А.: Необходима законодательная база. А для этого нужны соответствующие распоряжения Минздрава, следственного комитета, прокуратуры. Они должны прописать в законодательной базе, что замерзшего человека без признаков насильственной смерти необходимо доставлять в больницу, где будут проводиться реанимационные мероприятия.

NV: Вашим методом заинтересовались зарубежные ученые. Вы уже обговорили с ними условия сотрудничества?

Р.А.: Когда Михаил Томский (директор Якутского научного центра комплексных медицинских проблем Сибирского отделения РАМН – прим. ред.) ездил на конференцию в Тромсе с докладом, моим методом заинтересовались ученые из Норвегии. Они должны были приехать в январе. Но узнав, что в Якутске -55, они передумали. Сказали, что приедут позже. Может, у них получится внедрить мой метод у себя.

NV: А вам не будет жалко?

Р.А.: Мне важно, чтобы метод использовался. Это нужно для человечества. Сейчас ведь активно осваивается Арктика. А в будущем эти знания будут полезны при освоении космоса, где ночью бывают очень низкие температуры.

nvpress.ru/society/8484